«Дело 121». Продолжение

Продолжение. Начало статьи здесь.

 

В ЦМАМ хранится и Дело № 121 с небрежной надписью от руки: «Группы верующих при Даниловском монастыре. Церковь т. н. Покрова, и она же Вселенский собор» . В этом Деле, в котором хранятся документы 1919–1930 годов, можно условно выделить несколько документальных комплексов, отражающих разные периоды во взаимоотношениях Церкви и атеистического государства.

Самым «старым» из них является копия соглашения общины верующих с Моссоветом от 20 февраля 1919 года о закреплении за ней двух монастырских храмов (Троицкого собора и храма Святых Отцов Семи Вселенских Соборов), колокольни с храмом преподобного Симеона Столпника и прилегающим помещением и часовни на Б. Тульской улице. Типовое соглашение-договор состоит из 13 пунктов, многие из которых носили чисто политический характер и отражали недоверие властей к религиозным организациям. Так, верующие обязывались не допускать:
«а) политических собраний враждебного советской власти направления;
б)    раздачи или продажи книг, брошюр, листов и посланий, направленных против советской власти или ее представителей;
в)    произнесения проповедей и речей, враждебных советской власти или ее отдельных представителей;
г)    совершение набатных тревог для созыва населения в целях возбуждения его против советской власти».

Верующие «обязались беречь переданное... народное достояние и пользоваться им исключительно соответственно его назначению...» Только подписав подобное соглашение, можно было сохранить храмы обители, но уже как центры прихода. Под документом поставили подписи 96 граждан, из которых 16 — монахи. Первая подпись — С.В. Беклемишева, вторая — епископа Феодора (Поздеевского), третья — игумена Герасима (Садковского), умершего в 1920 году. Заключают список имена 13 иеромонахов и иеродиаконов. На копии соглашения напротив имен есть поздние рукописные пометки, согласно которым иеромонахи Венедикт (Алектов), Игнатий (Садковский), Амвросий (Исаев), Нектарий, Феодосий (Подъельский), иеродиакон Ксенофонт (Коченков), послушник Феодор (Гринев) выбыли из обители в 1919–1922 годах. Иеродиакон Иоанникий (Кириев) умер в 1921 году.

В Деле отсутствуют документы за 1920–1922 годы. Но именно в 1922 году власти инициировали, с целью разрушения православия, обновленчество, захватившее часть храмов Москвы. Даниловская религиозная община, руководимая монахами обители, стойко держалась православных канонов и традиций. В одном из Дел, хранящихся в Государственном архиве Российской Федерации, в фондах Наркомата юстиции , находится заявление представителей группы верующих Даниловской общины в Наркомат юстиции от 9 августа 1922 года. Верующие заявляют, что в Москве появилась группа духовенства, самовольно составившая из себя организацию под именем ВЦУ (Высшее церковное управление), и, присвоив себе публично-правовые функции, «налагает на группы верующих кары, смещает служителей культа... всех несогласных с ней она объявляет контрреволюционерами, угрожает ссылкой и арестами, присвояя себе те или другие функции чисто гражданской власти». Возмущение членов Даниловской общины вызвало и то, что обновленческим ВЦУ постановлением от 27 июля 1922 года был уволен вместе со многими другими архиереями и священнослужителями от занимаемой им должности «настоятель Московского Данилова монастыря епископ Феодор». Это обращение еще раз свидетельствовало о непримиримой позиции епископа Феодора, монашеской даниловской общины и прихожан (монастыря в то время формально, юридически уже не существовало) по отношению к обновленцам и их ВЦУ.

Вернемся вновь к документам Дела № 121.
Главный по объему комплекс материалов относится к 1923 году, когда все религиозные общины обязаны были пройти перерегистрацию и сдать в
Моссовет в трех экземплярах целый пакет документов, включавший:
«1. Протокол общего собрания группы верующих (учредителей);
2. Список членов группы верующих;
3. Список исполнительного органа (уполномоченных) данной группы;
4. Список служителей культа для данной группы верующих;
5. Опись культового имущества по его наличности;
6. Ведомость об изменениях в имуществе сравнительно с описью, по которой было принято имущество в 1919 г.».

Все эти объемные рукописные документы содержат уникальную ныне информацию и о составе верующих, в частности, монахов, и о внутреннем устройстве общины, и о церковном имуществе: иконах, богослужебных сосудах, облачениях, хозяйственном инвентаре и т.д.
Из протокола собрания группы верующих от 20 июля 1923 года видно, что община насчитывала более 1100 человек и ей принадлежали два монастырских храма, колокольня и часовня. Протокол свидетельствует, что община решительно отвергала обновленчество, оставаясь «на принципах православно-христианского вероучения, основанного на канонах Вселенских Соборов и учений Отцов Церкви... следуя по стопам наших отцов и дедов и не связывая свою судьбу ни с какими новыми течениями в церковной организации».

Из приложенного к протоколу списка священнослужителей ясно, что клир общины был сформирован из монахов, в числе которых был епископ Феодор (Поздеевский), три архимандрита: Георгий (Лавров), Стефан (Сафонов), Поликарп (Соловьев).

В регистрационный пакет входил также «Список членов группы верующих», включавший, как правило, сведения об активных прихожанах с указанием Ф.И.О., места жительства, социального, общественного и служебного положения с 1914 года, принадлежности к определенному сословию до революции, имущественного положения и времени присоединения к данному «культу».

Анализ анкет 69 членов общины показывает, что двадцать пять человек проживали в корпусах фабрики Даниловской мануфактуры, девять — на Малой и Большой Тульской улице, по пять-восемь — в 1 и 3 Подольских переулках, на Подольском шоссе, Даниловом Камер-Коллежском валу, 3 Павловской улице, в Хавском переулке.

По сословному признаку подавляющая часть прихожан (пятьдесят человек) происходила из крестьян (преимущественно Московской губернии), тринадцать человек — из мещан, трое — из лиц духовного звания, а пятеро верующих отметили себя как потомственно-почетные граждане (Богословские, Цвейтовы). В общине преобладали представители простых профессий: мелкие чиновники — счетоводы, товароведы, конторщики, а также кустари, повара, учащиеся. И лишь трех-четырех членов общины можно было отнести к пролетариям.

Обязательным для регистрации было предоставление в Адмотдел «Списка служителей культа для верующих Данилова монастыря», в котором необходимо было указать анкетные сведения (Ф.И.О., место жительства, социальное положение, сословное положение до революции и др.) на всех двадцать шесть насельников монастыря в 1923 году. Вот какие сведения, например, указаны в анкетной строке на «Феодора Васильевича Поздеевского»: «Епископ, настоятель церковн. Общины и проповедник... В 1914 г. — ректор Моск. Духовной академии. С 1917 г. — в нынешней должности... Находился под стражей — без предъявления обвинения с 27 июня 1920 г. по март 1922 г. и с 27 марта 1923 г. по 20 июня постановлением Мосгубсуда 10 сент. С/г по 80-[й] статье был приговорен к годичному заключению; по амнистии от наказания был освобожден».

О    своей судимости сообщили в анкете также архимандриты Георгий (Лавров), Стефан (Сафонов), Поликарп (Соловьев), иеромонах Серафим (Климков).

Продолжение следует.

1

Для правильного функционирования этого сайта необходимо включить JavaScript.
Вот инструкции, как включить JavaScript в вашем браузере.