Блажени алчущии и жаждущии правды

Даниловский некрополь. Алексей Степанович  Хомяков (1804-1860), Екатерина Михайловна Хомякова (1817-1852).

На кладбище Данилова монастыря нашли свое последнее упокоение многие замечательные сыны России: известные иерархи, видные общественные деятели, представители русской культуры. Особенно древняя московская обитель была дорога славянофилам и людям близким им по духу. Великий наш писатель Н.В. Гоголь, поэт Н.М. Языков,  историк славянских народов Д.А. Валуев, философ А.С. Хомяков и его супруга Е.М. Хомякова (урожд. Языкова), публицист Ю.Ф. Самарин, видный деятель крестьянской реформы А.И. Кошелев, предприниматель Ф.В. Чижов были похоронены в стенах Данилова монастыря.

Многое в их философских, исторических и социальных воззрениях связано с Москвой, как сердцем России, средоточием Русской земли. Само название «славянофилы» возникло в Петербурге в пылу полемики, как насмешливое прозвище москвичей, но оно почти сразу сделалось понятием мировоззрения, которое тяготеет к Православию, к русской старине, к традициям. «В Москве узнали мы волю Божию, что этой русской земли никому не сокрушить, этого русского народа никому не сломать. Слово московское сделалось общим русским словом, - писал А.М. Хомяков, - взгляните на страны Европы: везде одна столица, у нас  две...  Где бы ни был центр государственный, Москва не перестала быть общественной столицей Русской земли»*.

В Даниловом, как и других московских монастырях - Симоновом, Донском, Новодевичьем, были родовые усыпальницы их предков. Укорененные в Православии, они желали быть погребенными в стенах монастыря, связанные узами кровного и духовного родства, они не хотели разлучаться и по смерти.

 

*  *  *

Современного человека поражает разносторонность дарований А.С. Хомякова: социолог, публицист, эстетик, критик, философ, автор многотомных «Записок о всемирной истории», экономист, практик-помещик, усовершенствовавший  сельскохозяйственное производство у себя в имении; изобретатель парового двигателя, получивший патент в Англии, врач-гомеопат, полиглот-лингвист, поэт, художник... Но в памяти потомства его имя связано, прежде всего, со становлением и развитием славянофильства.

Алексей Степанович ХомяковПодобно многим славянофилам, Алексей Степанович Хомяков происходил из древнего дворянского рода. Родители его жили в Москве на Ордынке. Здесь 1 мая 1804 года родился у них второй сын Алексей. Хомяков говорил, что именно своей матери, Марии Алексеевне[1], он обязан непреклонной верностью Православной Церкви и верой в русский национальный дух. По словам сына, «она болела и радовалась за Россию гораздо более, чем за себя и своих близких»[2].

С детства А.С. Хомяков был глубоко религиозен. Когда семья в 1815 году поехала в Петербург, то одиннадцатилетнему Алексею северная столица показалась каким-то языческим городом; они с братом ждали, что их будут принуждать переменить веру и твердо решили вытерпеть мучения.

В юности Хомяков мечтал об освобождении славян. В 1821 году вспыхнуло греческое восстание против турецкого ига. Гувернер семьи был связан с повстанцами. Семнадцатилетний Алексей, вдохновленный пламенными речами учителя, достал с его помощью фальшивый паспорт, накопил немного денег, и однажды вечером покинул отчий дом, чтобы тайком пробраться в Грецию. В доме была поднята тревога, устроена погоня, и беглец был пойман недалеко от Москвы [3].

Мария Алексеевна Хомякова воспитывала в сыновьях твердые правила нравственности. На пороге их зрелости она призвала сыновей к себе и объяснила, что мужчина, вопреки общепринятым светским понятиям, должен строго хранить свою чистоту и  потребовала клятвы, что они до брака не вступят в связь ни с одной женщиной, прибавив, что кто из них нарушит клятву, тому она откажет в своем последнем благословении. И клятва была дана и сдержана.

В восемнадцать лет А.С. Хомяков окончил физико-математическое отделение Московского университета. С 1822 по 1825 год находился на службе в кавалерийском полку. Вот что писал его командир: «...образование его было поразительно превосходное. Какое возвышенное направление имела его поэзия. Он не увлекался направлением века к поэзии чувственной. У него все нравственно, духовно, возвышенно. Ездил верхом отлично, прыгал через препятствия в вышину человека. Обладал силою воли не как юноша, но как муж, искушенный опытом. Строго исполнял все посты по уставу Православной Церкви, в праздничные и воскресные дни посещал все богослужения. В то время уже было значительное число вольнодумцев, многие глумились над исполнением уставов Церкви, утверждая, что они установлены для черни. Но Хомяков внушил к себе такую любовь и уважение, что никто не позволил себе коснуться его верования. Впрочем, он был выше мелкого чувства ложного стыда, и жалкие насмешки не волновали бы его. Хомяков не позволял себе вне службы употреблять одежду из тонкого сукна, даже дома, и отвергал позволение носить жестяные кирасы[4]  вместо железных, полупудового веса, несмотря на малый рост и с виду слабое сложение. Относительно терпения и перенесения физической боли обладал он в высшей степени спартанскими качествами»[5].

В 1828 году А.С. Хомяков поступил на службу в гусарский полк, который принимал участие в русско-турецкой войне на территории Болгарии. Он увидел последствия турецкого ига в православных странах. Хомяков был отмечен за свою храбрость наградами. Интересно свидетельство из письма к матери с фронта, от 15 июня 1829 года: «Я был в атаке, и хотя два раза замахнулся, но не решился рубить бегущих, чему теперь очень рад...»[6].

Хомяков путешествовал по Европе, подолгу жил в Париже. Изучал живопись, посещал музеи, театры, библиотеки. Но к Парижу оставался холоден, Францию воспринимал как средоточие всех отрицательных сторон западноевропейской цивилизации. Позднее эту тему он развивал в своих статьях. Где бы ни был Хомяков: в Петербурге, в Париже, в гвардейском полку, в походе, в гостях, у себя дома - он всегда соблюдал посты.

А.С. Хомяков хорошо знал богословие, философию, историю, языкознание. Обладая прекрасным даром речи, блестящей памятью, он не имел себе равных в диспуте. Как-то, в богословском диспуте с Иваном Киреевским [7], Хомяков сослался на выдержку из сочинений святого Кирилла Иерусалимского, которую он читал пятнадцать лет назад в монастырской библиотеке Троице-Сергиевой Лавры. Киреевский взял под сомнение  точность цитаты. Хомяков ответил, что эту цитату можно отыскать на странице 12 или 13 в середине листа. Цитату уточнили, и Хомяков оказался прав [8].

А.С. Хомяков носил бороду и одевался в старинное русское платье. Его можно было видеть на литературных вечерах в московских гостиных. Но о своей внутренней жизни говорить не любил, и был очень сдержан.

В 1836 году он вступил в брак с Екатериной Михайловной Языковой, сестрой поэта Н.М. Языкова.

Екатерина Михайловна ХомяковаО детстве Катеньки Языковой рассказано в биографии Н.А. Мотовилова[9]. Симбирское поместье дворян Языковых находилось по соседству с деревнями Мотовиловых. Отец Катеньки Михаил Петрович Языков рано умер. Его вдова по болезни никуда не выезжала, гостей не принимала. Девочка с раннего детства росла почти в полном уединении, ухаживая за больной матерью.  Дома часто совершались молебны, всенощные. По словам Мотовилова, Катенька была воспитана «как монастырка». Ее миловидное лицо озарялось благодатным, божественным светом [10]. В нее с 12-летнего возраста был влюблен Мотовилов. В 16 лет девушка осталась круглой сиротой. Влюбленный Н.А. Мотовилов просил благословение на брак с Е.М. Языковой у преподобного Серафима Саровского. Но старец открыл юноше, что ему от Бога преднаречена другая невеста. Пылкий 19-летний Мотовилов все равно сделал предложение и получил отказ. Катенька Языкова уже была просватана за Хомякова.

С юности имея в душе чистый идеал женщины и семьи, умудренный жизнью, но сохранив всю цельность нетронутого чувства, Алексей Степанович Хомяков внес в брак истинное целомудрие. Для него семья была «святая святых», где он черпал вдохновение и силу, но куда никого со стороны не допускал. Скромная Екатерина Михайловна, с точки зрения испорченного светского вкуса, была женщиной совсем обыкновенной, в ней не было ничего резкого, бьющего на эффект. Она была хороша собой, но красотой не поражала; умна, но об уме ее не кричали; образованна, но без всяких притязаний на ученость. Из воспоминаний дочери, М.А. Хомяковой: «Сколько я помню мою мать, у нее кроме красоты было что-то кроткое, простое, ясное и детское в выражении лица, она была веселого характера, но  без всякой насмешливости»[11].

А.С. Хомяков был глубоко счастлив в семейной жизни. «В детях, - говорил он, - оживает и успокаивается взаимная любовь родителей». «Первое счастье в мире семейное, но в этом счастии та беда, что мы делаемся уязвимы со всех сторон», - таков был отклик на смерть двух первых сыновей в младенчестве. Впоследствии у Хомяковых было семеро детей: пять дочерей и два сына.

Смерть Екатерины Михайловны была для всех внезапным и тяжким ударом. Она скончалась в три дня от тифа, в возрасте 35-ти лет, в 1852 году.

«После смерти жены жизнь Хомякова раздвоилась, - писал Ю.Ф. Самарин. - Днем он работал, читал, говорил, занимался своими делами, отдавался каждому, кому до него было дело. Но когда наступала ночь и вокруг него все умолкало, начиналась для него другая пора... Раз я жил у него в Ивановском. К нему съехалось несколько человек гостей, так что все комнаты были заняты, и он перенес мою постель к себе. После ужина, после долгих разговоров, оживленных его неистощимою веселостью, мы улеглись, погасили свечи, и я заснул. Далеко за полночь проснулся от какого-то говора в комнате. Утренняя заря едва-едва освещала ее. Я начал всматриваться. Он стоял на коленях перед походной своей иконой, руки были сложены крестом на подушке стула, голова покоилась на руках. До слуха моего доходили сдержанные рыдания. Это продолжалось до утра. На другой день он вышел к нам веселый, добрый, с обычным своим добродушным смехом. От человека, всюду его сопровождавшего, я слышал, что это повторялось почти каждую ночь...» Самарин заключает свой рассказ общей характеристикой: «Не было в мире человека, которому до такой степени было противно и несвойственно увлекаться собственными ощущениями и уступить ясность сознания нервическому раздражению. Внутренняя жизнь его отличалась трезвостию - это была преобладающая черта его благочестия. Он даже боялся умиления, зная, что человек слишком склонен вменять себе в заслугу каждое земное чувство, каждую пролитую слезу; и когда умиление на него находило, он нарочно сам себя обливал струей холодной насмешки, чтобы не давать душе своей испаряться в бесплодных порывах, и все силы ее направлять на дела... » [12]

Архиепископу Казанскому Григорию (Постникову) Хомяков писал: «На днях, Высокопреосвященнейший Владыко, по воле Божией, похоронил я, на шестнадцатом году нашего брака, жену молодую, прекрасную, добрую, единственную любовь моей жизни и величайшее счастие, какое может дать жизнь земная» [13].

По свидетельству первого биографа Хомякова В.Н. Лясковского, со дня кончины Екатерины Михайловны Алексей Степанович постоянно о ней думал. Любимым его занятием стало писать ее портреты. Наконец, в сонном видении ему явилась жена и сказала: «Не унывай». После этого видения он написал стихотворение «Лазарь».

 

О Царь и Бог мой! Слово силы

Во время оно Ты сказал,

И сокрушен был плен могилы,

И Лазарь ожил и восстал.

 

Молю, да слово силы грянет,

Да скажешь: встань! - душе моей.

И мертвая из гроба встанет,

И выйдет в свет Твоих лучей.

 

И оживет, и величавый

Ея хвалы раздастся глас -

Тебе, Сиянью Отчей славы,

Тебе, умершему за нас.

 

В последние восемь лет жизни Хомяков написал почти все свои богословские сочинения. Он сознавал, что смерть жены наложила на него обязанность более неустанной работы: «Я знаю, я уверен, что мне смерть её была нужна; что она, хотя и наказание, в то же время послана мне для исправления и для того, чтобы жизнь, лишенная всего, что её делало отрадною, была употреблена только на занятия и мысли серьезные» [14].

Оглядываясь на то, что было сделано, он писал Ю.Ф. Самарину: «Мы должны знать, что никто из нас не доживет до жатвы и что наш духовный и монашеский труд пашни, посева есть дело не только Русское, но и всемирное... Мы передовые; но передовые люди не могут быть двигателями своей эпохи; они движут следующую, потому что современные им люди еще не готовы. Разве к старости иной счастливец доживет до начала проявления своей собственной, долго носимой мысли»[15].

В 1856 году умер Иван Киреевский. «Какое-то особенное строгое испытание нашему направлению, - пишет Хомяков А.И. Кошелеву, - редеет круг наш...» [16].

Могила А.С.ХомяковаА.С. Хомяков умер в три дня от холеры 23 сентября 1860 года. За несколько секунд до кончины он твердо и сознательно осенил себя крестным знамением. Алексей Степанович был похоронен в Даниловом монастыре, под одним памятником со своей женою, им самим же поставленным [17], со словами псалма: «Аще беззакония назриши, Господи, Господи, кто постоит» [18]. К этим словам после его кончины было дописано: «Блажени алчущии и жаждущии правды» [19].

После закрытия монастыря останки А.С. Хомякова были перенесены на Новодевичье кладбище.

Елена Шкурская


* Хомяков А.С. Речь в Обществе любителей словесности в Москве // О старом и новом. М.,1988. С. 320.

[1] Хомякова М.А., урожд. Киреевская, обладала сильным характером. Когда ее муж, отец Хомякова, проиграл более миллиона рублей в карты в московском английском клубе, она взяла в свои руки управление имениями и возвратила все фамильные богатства. В ознаменование освобождения России от Наполеона, она дала обет построить церковь в Рязанском имении, в селе Круглом. Обет был исполнен ее сыном, Алексеем. См.: Лясковский В.   А.С.Хомяков: Его биография и его учение // Русский архив, 1896. № 11. С. 343.

[2] Там же.

[3] Там же. С. 345-346.

[4] Кираса - металлические латы, надевавшиеся на спину и грудь для защиты от ударов холодным оружием.

[5] Лосский Н.О.  История русской философии. М., 1991. С. 29.

[6] Русский архив. 1896. № 11. С. 355.

[7] Киреевский И.В. (1806-1856) - критик, публицист, философ-славянофил. Принимал участие в оптинском книгоиздании творений святых отцов и жизнеописаний подвижников благочестия.

[8] Лосский Н.О. Указ соч.  С. 31.

[9] Современному читателю, интересующемуся подвижниками XIX века, Мотовилов известен как «служка преподобного Серафима».

[10] Жизнь и труды Н.А. Мотовилова. М., 1996. С. 142.

[11] Егоров Б.Ф. [Вступит. статья] //  А.С.Хомяков. О старом и новом: Статьи и очерки. М., 1988. С. 12.

[12] Цит. по: Флоровский Г., прот. Пути русского богословия. Вильнюс, 1991. С. 272.

[13] Барсуков Н. Жизнь и труды М.П. Погодина. СПб., 1897.  Кн. 2. С. 529.

[14] Там же. С. 530.

[15] Русский архив. 1986. № 11. С. 391.

[16] Там же. С. 397.

[17] Здесь же была похоронена и дочь А.С. и Е.М. Хомяковых София Алексеевна (1846-1902).

[18] Пс. 129, 3.

[19] Мф. 5. 6.

 

Статья в расширенном варианте опубликована в журнале "Даниловский благовестник", вып. 11, 2000 г., с. 76-79.

 

Богослужения

Среда, 12 Декабрь, 17:00

Полиелей - храм Св. Отцов

Четверг, 13 Декабрь,

Апостола Андрея Первозванного

Суббота, 15 Декабрь, 17:00

Исповедь - храм Рождества прор. Иоанна Предтечи

Суббота, 15 Декабрь, 17:00

Всенощное бдение - Троицкий собор

Воскресенье, 16 Декабрь,

Прп. Саввы Сторожевского, Звенигородского

Воскресенье, 16 Декабрь, 06:30

Исповедь - храм Рождества прор. Иоанна Предтечи

Воскресенье, 16 Декабрь, 06:45

Часы, Литургия - храм Св. Отцов

Воскресенье, 16 Декабрь, 08:45

Часы, Литургия - Троицкий собор

Понедельник, 17 Декабрь, 17:00

Полиелей - храм Св. Отцов

Вторник, 18 Декабрь,

Прп. Саввы Освященного

Вторник, 18 Декабрь, 17:00

Исповедь - храм Рождества прор. Иоанна Предтечи

Вторник, 18 Декабрь, 17:00

Всенощное бдение - Троицкий собор

Среда, 19 Декабрь,

Святителя Николая, архиепископа Мир Ликийских, чудотворца

Среда, 19 Декабрь, 06:30

Исповедь - храм Рождества прор. Иоанна Предтечи

Интернет-журнал "Прихожанин"

Православный календарь

Рассылка новостей

Каталог Православное Христианство.Ру  
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Вход or Создать аккаунт