Logo

Памяти Владыки Зосимы

епископ Зосима 9 мая исполнился год со дня кончины Преосвященного Зосимы, епископа Якутского и Ленского.

   

Мы помним тебя в молитвах

Неисповедим, но неизменно благ Промысл Божий! Жизнь каждого человека являет собой эту непреложную истину, и практически о каждой судьбе можно сказать словами псалмопевца: «Праведен Ты, Господи, и справедливы суды Твои!» (Пс.118,137).

С владыкой Зосимой я познакомился в конце 90-х годов, когда нес послушание в Отделе внешних церковных связей. Тогда возник вопрос о направлении на послушание в Хеврон (Русская Духовная Миссия в Иерусалиме) образованного и благочестивого священнослужителя. До этого я много слышал от моего секретаря Екатерины и монахини Феодоры, что в монастыре есть хороший молодой духовник иеромонах Зосима (Давыдов), который в то время возглавлял издательскую деятельность обители. Тогда я пригласил его к себе. Мы очень долго разговаривали, он рассказал о своей жизни, об интересе к периоду новомучеников нашей церковной истории.

В той беседе с ним я почувствовал глубину его веры и доверия Промыслу Божию. Серьезная, но не кичливая, образованность, прекрасное знание церковного предания и учения Святых Отцов, смирение, внутренняя тишина души, молитвенность и, самое главное, способность к нелицемерной любви — все эти замечательные качества уже тогда привлекали к нему людей. Народ Божий нельзя обмануть, ибо люди сердцем чувствуют духовность настоящую и отличают ее от показной духовности, которую называют «лжедуховностью». И вот в этом молодом тогда иеромонахе я увидел настоящего пастыря глубокой веры, любящего Бога и народ, с полной отдачей всех своих сил совершавшего служение. Он по призванию был и монах и священнослужитель. Несмотря на молодость, он был любимым и почитаемым духовником Данилова монастыря. Многие по сей день свидетельствуют, что главной заботой их пастыря было стремление поддержать и укрепить веру людей.

Вера является основой духовной жизни человека. Без веры оскудевает надежда, приземляется любовь, умирает душа. Хранение и укрепление ее в людях было главной заботой подвижников ХХ века. В годину лихолетий новомученики и исповедники российские жизнью и смертью свидетельствовали свою веру, ею утверждали и укрепляли свою немощную паству. Вдохновляясь их примером, люди становились стойкими, ревностными и никакие скорби и трудности не могли поколебать их твердости. Именно таким примером для людей, примером, укрепляющим их веру, и была жизнь владыки Зосимы.

Направленный Святейшим Патриархом Алексием на служение в Святую Землю, отец Зосима получил возможность прикоснуться к местам подвига Христа Спасителя, к живому наследию отцов пустынников, подвизавшихся там. Пусть сейчас там нет таких преподобных подвижников как Савва Освященный, Феодосий Великий, но их духовные традиции в жизни обителей Палестины сохраняются, и приснопамятный Владыка духовно напитался от этого кладезя Благодати. Святая Земля навсегда запечатлелась в его сердце, и, возвратившись в свою Свято-Данилову обитель, он хранил это благодатное чувство в своем сердце, с любовью вспоминая годы, проведенные под небом Иерихона.

Призванный Богом на архипастырское служение, владыка Зосима со смирением и трепетом принял архиерейский жезл. Его хиротония состоялась под знамением Животворящего Креста Христова, в праздник Воздвижения. Труды по укреплению православного благочестия и миссионерская проповедь среди народов Якутии в неимоверно трудных климатических условиях Севера — воистину крестный путь! И владыка Зосима прошел его достойно, неленостно возделывая врученный ему Богом виноградник! Он был инициатором принесения великих святынь Православия в далекую якутскую землю, заботился о христианском просвещении жителей этого края. Он любил служить людям, любил свою якутскую паству – этот простой и искренний народ. Приезжая в Москву, он с теплотой и любовью рассказывал о якутах, о их желании знать больше о Боге, чистоте сердца этих людей! В эти моменты на его лице сияла радость, а сердце горело любовью.

Крест — не только скорбь, но и слава! И, взирая на блаженную кончину владыки Зосимы, люди будут стремиться, по слову апостола, «подражать его вере» (Евр.13,7). Свой короткий крестный путь он прошел мужественно, смиренно и безропотно, став для многих образом веры и благочестия!

Вечная память дорогому Владыке Зосиме!

Климент, митрополит Калужский и Боровский
4 апреля 2011 года


 

Духовное становление (1963–1988)

Владыка Зосима:

В 1982 году, на заре моей церковной жизни, я впервые попал к батюшке Иоанну. Меня привезла к нему Евдокия Игнатьевна (монахиня Евфросиния), которая уже давно к нему ездила. В то время я уже был охвачен желанием уйти в монастырь. В Москве тогда монастырей не было, да и по России их было совсем немного, и один из них был Псково-Печерский. С первого взгляда он мне очень понравился. Приехали мы в феврале, было довольно холодно, а поскольку поезд приходил ранним утром, полчаса или час мы ждали перед воротами, когда монастырь откроется. Потом первым делом пошли на братский молебен и затем уже отправились к батюшке Иоанну.

И.Давыдов с мамой Незадолго до того у них в кельях случился какой-то пожар, келейница батюшкина наглоталась дыма, да и сам он тоже несколько пострадал, поэтому к нему почти никого не пускали. Но, благодаря моей провожатой, для нас двери его кельи открылись.

Батюшка сказал, что сможет уделить нам минут двадцать, но… в результате мы просидели у него два часа и о многом поговорили. Я привез ему гостинец – пакет апельсинов, которые тогда были дефицитом. Это было всё, что я мог купить на свою стипендию в художественном училище.

И вот мы у него в келье… Он посадил нас с матушкой на свою кроватку, а сам встал перед нами. Я рассказал ему о своем желании прийти в Печоры, но он на это решительно возразил. В те годы попасть в Псково-Печерский монастырь было непросто. Надо было выписаться из Москвы, проработать три года на стройке, получить псковскую прописку, – и только после этого подавать прошение о зачислении в монастырь. «Но я слышал, – добавил батюшка, – что скоро должен открыться монастырь в самой Москве». Он имел в виду Даниловскую обитель.

А дальше батюшка в немногих словах рассказал всю мою будущую жизнь в ее последовательности… И когда он это мне рассказывал, я испытал чувство легкой горечи, потому что у меня в те минуты было одно желание: остаться здесь, возле него, в этом чудном и добром месте. Но он покропил меня святой водой, помазал маслом, а потом сказал своей келейнице: «Достань-ка фрукты». Она вытащила из-под кровати большой таз разных фруктов. Сверху лежал мой пакет апельсинов. Он взял его, взял еще один такой же, что лежал рядом, и дал мне. Я даже обиделся слегка: «Батюшка, да я же вам это привез!». А он отвечает: «Ты мне привез, а я даю тебе как благословение». И так получилось, что всю обратную дорогу мы питались только этими апельсинами, на большее просто не было денег. И я понял, что, помимо духовной заботы, он имел еще и заботу житейскую: чем мы будем питаться в дороге…

 


У Троицы (1988–1992)

Евгений, архиепископ Верейский, ректор МДА:

К тому времени как будущий владыка Зосима, а тогда – Игорь Давыдов, поступил в Семинарию, я закончил Академию и год или два преподавал в Духовной Семинарии. Надо сказать, что он запомнился мне буквально с первых шагов. И связано это было вот с чем.

06s.jpg Мы в то время как раз решили, что для нашего храма надо изготовить несколько скамей, чтобы пожилые люди могли отдохнуть, когда утомятся. Решено было эти скамьи сделать прочными и красивыми. И вдруг в первом классе Семинарии появляется учащийся, который закончил специальное художественное училище, владеет резьбой по дереву и чеканкой по металлу. Естественно, ему и поручается эта ответственная работа. И надо сказать, Игорь (с помощью других семинаристов) справился с этой работой отлично: резные дубовые скамьи до сих пор радуют глаз в нашем храме...

 

Марк, архиепископ Хабаровский и Приамурский:

С Владыкой Зосимой мы вместе поступали в Московские Духовные школы. Учились мы в разных классах, но общение было тесным: в те годы, первые годы церковного потепления, каждый поступавший в семинарию проходил очень непростой путь духовного выбора и это сближало всех нас.

У каждого из нас на пути к служению у Престола Божия было немало препятствий. У меня, например, отец был военным, и я точно знал, что многие искушения были связаны с интересами и деятельностью различных неугомонных служб...

Если говорить о первых впечатлениях от нашего общения, то будущий Владыка был открытым, простым, веселым и одновременно отличался особым благоговением к святыне. Господь одарил его любящим сердцем, у него был развитый художественный вкус – и все эти замечательные качества воплотились в чувстве благоговения к Матери-Церкви, к святыне, ко всему церковному. Эти качества он проявил на священническом служении, а в полной мере они раскрылись в Якутии, на епископской кафедре.

В Священном Писании сказано, что Бог есть Любовь, что Он сотворил человека по Своему образу и подобию. К этому подобию владыка Зосима стремился всю свою жизнь. Сострадание к людям, соучастие в их жизни было для него естественным и необходимым.

 


Обитель князя Даниила (1992–1998)

Анастасия Алексейчук (Ларионова):

Вспоминаю обстоятельства его первого инфаркта, случившегося 12 июля 1997 года, на праздник Первоверховных апостолов Петра и Павла. Владыка был главным редактором «Даниловского благовестника», я только что начала работать там же секретарем. Для меня было счастье, что он наконец благословил меня уйти из Международного банка, да еще взял к себе.

Горе имеим сердца. О. Даниил и о. Зосима И вот он поехал на несколько дней на дачу, а по приезде начались сильные боли в желудке, поднялась температура. Его отвезли домой, думали, что отравление, и потому делали промывания желудка. На третий день мама позвонила в издательство и сказала, что у него сильные сердечные боли, надо сделать ЭКГ. Мы отвезли его в 33-ю больницу в Сокольниках, где работал близкий ему человек, врач-хирург Сергей Ларин. У батюшки был уже третий день инфаркта, а он еще мне показывал дорогу, переживал, что заблудились где-то в Измайловском парке. Почему-то запомнилось, как в приемной больницы он по-детски доверчиво спрашивал: «Ну что, мне ложиться?» Он всегда в любой ситуации искал поступить не по своей воле, а кроме меня спросить тогда было некого. После ЭКГ поднялся переполох, срочно положили на каталку и повезли в реанимацию... Мне как-то удалось туда пробраться и попасть к заведующему реанимационным отделением врачу Свиридову. Он оказался верующим человеком, стена кабинета была в иконах. Благодаря ему в реанимацию пустили монахов из монастыря пособоровать батюшку, и потом он был помещен в отдельную палату.

Его все очень любили, везде и всегда. Когда я спросила Свиридова, есть ли опасность для жизни, он сказал, что опасность была, когда батюшка первые три критические дня инфаркта был дома, да еще в таком состоянии ему делали промывания желудка. Это, конечно, удивительное терпение и мужество.

Когда его перевели в обычную палату, унылая и грустная обстановка больницы преобразилась. Палата стала местом радостных встреч, в ней всегда были цветы, соки, фрукты, другие угощения. В конце пребывания там батюшки в коридоре бывала очередь из желающих к нему попасть. Приходили как в гости, как и в его всегда гостеприимный, открытый для всех родительский дом.


Святая Земля (1998–2000)

Монахиня Гавриила (Меркулова):

В Горненском монастыре я живу с 1984 года. С владыкой, а тогда – иеромонахом Зосимой, познакомилась, когда нас направили на послушание в Иерихон.

Но меня не предупредили, что едем мы туда не просто на прогулку или как паломники, а чтобы жить продолжительное время.

Духовная миссия в Иерусалиме Приехали, отец Зосима встретил нас с матушкой Игуменией очень любезно, накрыл стол, угощал чаем. И тут – подъезжает митрополит Кирилл (наш Патриарх), который тогда был начальником Отдела внешних церковных сношений. И владыка рассказывает нам, что участок передан местными властями нам, но Зарубежная Церковь приняла это решение в штыки. И вот теперь нам надо какое-то время пожить здесь под руководством отца Зосимы, который в то время был духовником Миссии.

…После отъезда владыки Кирилла и остального начальства мы, конечно, несколько приуныли: участок разделяла стена, мы с рабочими были на одной половине, а отец Зосима – на другой. Но вот подходит воскресенье и отец Зосима говорит: «Сестры, в воскресенье надо молиться. А поскольку часовня закрыта (и ключи у властей города), давайте помолимся в моей келье».

И вот мы отслужили всенощную в его келье. Настроение было радостное, приподнятое. Но на следующий день приходят начальник города Иерихона, с ним Дауд Матар, и говорят, что зарубежные сестры, жившие на той половине, на нас пожаловались за это богослужение. И что по этой причине богослужение нам запрещено.

Мы расстроились, батюшка тоже в недоумении: ну как это так – запрещена молитва?! Он остался у себя в келии, мы идем к себе довольно унылые. С нами тогда была послушница Наталия (сейчас она, кажется, игумения Елизавета в Смоленске), выпускница Консерватории, прекрасная регент и певчая. С собой она тогда всюду возила фисгармонию. И я ее спрашиваю:

– Наташа, фисгармония с собой?

– Конечно.

– Ну, раз нам запрещено молиться, запрещено выходить за ворота, запрещено ходить по участку – давайте, будем петь духовные песни!

 


Снова в Данилове (2000–2004)

Архимандрит Алексий (Поликарпов), наместник Данилова монастыря:

Когда после командировки на Святую Землю он стал ризничим Данилова монастыря, в полной мере проявились те качества, о которых прежде знали, может быть, только близкие люди. Он был  человеком искусства, творческим человеком. И в церковном искусстве он также разбирался тонко и глубоко. Поэтому, когда он стал ризничим, его талант, его компетентность, конечно же, проявились во всей литургической жизни нашей обители. Отец ЗосимаМного трудов он приложил, чтобы была создана новая рака благоверного князя Даниила, которая находится в храме Святых Отцов.

Он был краснодеревщиком, прекрасным резчиком по дереву. Как-то он подарил мне параманный Крест (тот, что монахи носят на груди), который вырезал сам. Я ношу его до сих пор – и это очень дорогая для меня память…

 

Протоиерей Виктор Клиндухов:

В 2001 году я перевелся служить из Москвы в область и взялся восстанавливать Никольский храм села Дерюзино Сергиево-Посадского района. Он был сильно разрушен, и в нем ничего не было. Вскоре я приехал в Даниловский монастырь на исповедь и встретил в алтаре отца Зосиму. Тот спрашивает как дела и в чем нужда. Я пошутил: у меня все есть, нет только серебряного кадила. А он: «Подожди, сейчас приду». И принес старинное серебряное кадило, которое он привез из Иерусалима для себя: «Держи, только повесь на него бубенцы, я не успел». До сих пор оно у меня в храме.

Позже, уже побывав в наших руинах, посоветовал написать в храм две иконы: великомученика и целителя Пантелеимона и Божией Матери «Неупиваемая Чаша». С этого мы и начали.

Летом 2002 года мы встретили образ великомученика и целителя, и после этого началось активное созидание храма. Позже встречали образ Божией Матери «Неупиваемая Чаша», и навстречу ей замироточила находившаяся в храме небольшая бумажная икона Рождества Божией Матери. Лик иконы великомученика Пантелеимона мироточил от Пасхальной службы 2010 года до Антипасхи, накануне кончины Владыки.

 


На Якутской кафедре (2004–2010)

Михаил Николаев, первый президент Республики Саха (Якутия), заместитель председателя Совета Федерации РФ:

Он с первой нашей встречи оставался для меня человеком радости и оптимизма, человеком кипучей деятельности, неукротимой энергии, высокой культуры, далеко простирающихся жизненных планов.

Представить его себе хмурым, вялым, озабоченным я просто не могу. Я буду помнить всегда его улыбку, светлый и приветливый взгляд.

Епископ Якутский и ЛенскийОставим Богу власть судить и оценивать заслуги епископа Зосимы. Однако я непоколебимо верю в то, что владыка Зосима любил истинной христианской любовью каждого человека, был для всех нравственным маяком, примером благородства и великодушия. Он преданно и усердно служил Богу, Церкви и Отечеству. Горячо любил народ Республики Саха (Якутия), наш суровый край и заслужил ответную любовь. Память о нем будет вечно жить в нашем народе.

Я вновь и вновь по-христиански прошу у него прощения за возможные огорчения, которые когда-либо невольно доставил ему. И благодарю его за неизменно доброе и внимательное отношение ко мне.

История Православия в Якутии написана деяниями великих подвижников, в том числе архиереев. Жизнь продолжается, жизнь вечная. Нет сейчас более важной проблемы и у нашей республики, и у нашего Отечества, чем духовно-нравственное совершенствование человека. От его уровня зависит глубина восприятия жизни, внутренний мир, физическое и психическое здоровье, плодотворная творческая деятельность.

Епископ Якутский и Ленский Но духовно-нравственное в народе всегда связано с вероисповеданием. И потому государство не может остаться безучастным к деятельности Церкви в нашей республике. Ее былые позиции были восстановлены еще двадцать лет назад и с тех пор неуклонно укрепляются. Я верю, что духовный подвиг почившего епископа Зосимы получит достойное развитие во все последующие годы и войдет лучшими страницами в историю народа саха, народа нашей республики, как вошел в историю подвиг его предшественников. Православная Якутия никогда не была забытым Богом уголком. И никогда им не станет, здесь никогда не иссякнут Вера, Надежда и Любовь.

 

Инокиня Евфросиния (Миронова):

Первые год-полтора после приезда было очень трудно. Во-первых, приехали мы под зиму, да и первая зима выдалась очень суровая (в начале декабря морозы придавили за 50), епархиальное управление тогда располагалось в маленьком деревянном доме на территории женского монастыря. В этом домике жила настоятельница, находился кабинет епископа и две небольшие комнатки, в которых работало 5 человек. Зимой в домике было так холодно, что мы никогда не разували унты, пальцы деревенели, пока что-то наберешь на компьютере. Владыка сразу же начал объезжать приходы, знакомиться с духовенством, людьми.

(Интересно, что приехал Владыка в Якутию перед Покровом, а уже в середине ноября мы побывали в Национальном Архиве РС (Я). Интерес к истории епархии, своим предшественникам был для Владыки так же важен как и знакомство с современным положением.)

Почти сразу по приезде Владыка ознакомился с наличием книг в епархиальной библиотеке. Это была небольшая, скорее приходская библиотечка при кафедральном соборе, фонд которой составляли в основном книги духовно-нравственные общедоступного содержания, детская литература и немножко святоотеческой литературы. Владыка в конце октября прилетел в Москву, а мы (те, кто поехали с Владыкой в Якутию) собирались вылетать в епархию 31 октября. Владыка вызвал меня, дал внушительную сумму денег и благословил приобрести духовную литературу для будущей епархиальной библиотеки. Причем просил покупать побольше книг святых отцов, по истории церкви, серьезной духовной литературы. Дал мне послушание библиотекаря и зав. архивом епархии. Архив нужно было формировать, собирать материал, но Владыка считал что знание прошлого, истории очень важно. Те книги, которые мы привезли тогда в епархию, легли в основу будущей епархиальной библиотеки, которая впоследствии стала библиотекой духовного училища. Позже каждые полгода мы пополняли библиотечный фонд, Владыка привозил много интересных изданий из разных мест, где ему приходилось бывать.

 

Оригинал статьи опубликован в газете Даниловцы №36, апрель 2011 г.

 

*   *   *

 

Продолжается сбор средств на издание книги воспоминаний о владыке Зосиме.

Наши реквизиты:

Наименование – Данилов ставропигиальный мужской монастырь Русской Православной Церкви г. Москвы;

ИНН/КПП 7726190410/772601001.

Адрес: 115191 г. Москва, Даниловский Вал, 22.

Банковские реквизиты:

ОАО «Промсвязьбанк» г. Москва;

БИК 044583119; к/с № 30101810600000000119; р/с № 40703810020160058301.

Назначение платежа: Пожертвование на духовно-просветительскую деятельность.

Template Design © Joomla Templates | GavickPro. All rights reserved.