Слово плоть бысть

Икона Рождества Христова.

Чтобы воссоздать поврежденный образ,
Божие Слово раждается для нас.

Святой Григорий Богослов

 

Икона Рождества ХристоваТаинственное воплощение Бога Слова Христа на земле от Духа Святого и Девы Марии (Мф. 1, 18-25; Лк. 1, 26-38) открывает глубину милосердия Божия к падшему человеку. Возвещенное Ангелом имя Бога во плоти Иисус значит Спаситель, ибо Он спасет людей Своих от грехов их (Мф. 1, 21). "Христос раждается прежде падший воскресити образ" (Тропарь предпразднства Рождества Христова, гл. 4, 24 декабря). Нас ради Сын Божий становится Сыном Человеческим. "Безплотный воплощается, Слово отвердевает, Невидимый становится видимым, Неосязаемый осязается, Безлетный начинается" (св. Григорий Богослов)[1], "днесь Безначальный начинается, и Слово воплощается" (стихира на хвалитех, на "и ныне", гл. 2, Праздника). "Бог явился по-человечески для обновления вечной жизни, и получало начало то, что было приготовлено у Бога. С этого времени все было в колебании [пришло в движение], так как дело шло о разрушении смерти" (св. Игнатий Богоносец)[2].

В дни, предшествующие празднику Рождества Христова, Святая Церковь напоминает о греховном состоянии человека в канонах на повечерии, составленных по образцу канонов Страстной Седмицы. Праздничные же каноны положены на торжественный и радостный первый глас, на который поется канон Пасхи. В богослужебных книгах Православной Церкви праздник Рождества Христова по великому его значению для преображения человеческого рода называется Пасхой: "Рождество Господа нашего Иисуса Христа. Пасха. Праздник тридневный". Рождеством Христовым обновляется, воссоздается весь тварный мир, небо соединяется с землей: "Днесь временный разрешися соуз осуждения Адамова. Рай нам отверзеся... Да ликовствует убо вся тварь и да играет, обновити бо ю прииде Христос и спасти души наша" (стихира на стиховне, на "Слава", гл. 4, Праздника). "Небо и земля днесь совокупишася, рождшуся Христу. Днесь Бог на землю прииде, и человек на Небеса взыде" (стихира на литии, гл. 1, Праздника).

Икона праздника Рождества Христова свидетельствует о явлении Бога во плоти и передает радостное состояние всей твари при встрече с Творцом. "В рождении Своем Сын Божий явился миру сокровенно" (блаженный Иероним)[3], лишь немногие видели чудо. В центре иконы изображается пещера-вертеп, в которой родился Христос, со спеленутым Младенцем, лежащим в яслях, над которыми склонились вол и осел. На Младенца направлены лучи от звезды. Рядом, на одре в пещере или на горках (земле), Богородица. Вверху - славословящие Ангелы. Пастухи внимают ангельской вести и играют на рожках. Волхвы едут на конях и приносят дары. Ниже праведный Иосиф с пастырем и омовение Младенца.

Иконография Рождества Христова основана на описаниях святых евангелистов (Мф. 2, 1-12; Лк. 2, 1-20) и соответствует кондаку Праздника 3 гласа: "Дева днесь Пресущественнаго раждает, и земля вертеп Неприступному приносит. Ангели с пастырьми славословят, волсви же со звездою путешествуют: нас бо ради родися Отроча Младо, Превечный Бог." Два нижних изображения связаны с текстами апокрифических Евангелий: Протоевангелия Иакова и Евангелия Псевдо-Матфея, относимых исследователями ко II-III векам[4]. В первые века христианства Рождество Христово соединялось с Богоявлением, представляя одно торжество явления Бога во плоти. Отдельное празднование Рождества 25 декабря началось с IV века. В этом столетии святые Константин Великий и его мать Елена выстроили на месте Рождества Христова храм, криптой которого служила сама Вифлеемская пещера.

Древнейшие изображения Праздника дошли до нас на ампулах для лампадного масла, которые паломники приносили из Святой земли, на саркофагах, в катакомбах. В расширенную иконографию Рождества вошли изображения путешествия в Вифлеем, бегства в Египет, избиения младенцев в Вифлееме, спасения Елизаветы с младенцем Иоанном Предтечей в расщелине скалы и некоторые другие[5].

По ветхозаветному пророчеству Христос должен был родиться в Вифлееме иудейском (Мих. 5, 2). Святой Иоанн Златоуст замечает по поводу переписи Августа, что потому "и вышло повеление, которое, по устроению Божию, заставляло их [Деву Марию и старца Иосифа] невольно идти" в Вифлеем, как происходящих из рода Давидова[6]. В Вифлееме не нашлось им места в гостинице, и Богородица родила Сына Своего первенца, и спеленала Его, и положила Его в ясли (Лк. 2, 7) в пещере-вертепе для скота близ Вифлеема. О пещере известно из Предания от мученика Иустина Философа и других уже со II века. "Господи, в Вифлеем пришед, в вертеп вселился еси, Небо престол имея, в яслех положился еси" (Стихира на стиховне, гл. 8, Собора Пресвятой Богородицы, 26 декабря). Темная пещера вертепа стала Небом, где совершилось соединение Бога с человеком. "Таинство странное вижу и преславное: Небо - вертеп, престол Херувим­ский - Деву, ясли - вместилище, в нихже возлеже Невместимый - Христос Бог, Егоже воспевающе, величаем" (ирмос 9 песни 1 канона Праздника).

Светлые пелены и ясли Христа-Младенца противопоставляются на иконе мраку вертепа. Безлетный, повитый пеленами Бог, добровольно ставший младенцем, "младенствовав волею" (седален по 1 стихословии, гл. 1, Праздника), положен в скотские ясли: "Слово сый Пребезначальное Отчее и соестественное, в яслех возлег безсловесных, разрешил еси безсловесия ны" (тропарь 5 песни канона предпразднства, гл. 3, 21 декабря), "не скиптры и престоли, но последняя нищета: что бо хуждше вертепа? Что же смиреншее пелен?" (Ипакои, гл. 8, Праздника). "Воплощение Бога началось и кончилось уничижением... Пещера, ясли, пелены, о которых говорят священные тексты и которые наглядно показывает нам икона, - указание на кенозис Божества, Его истощание, на крайнее смирение Того, Кто, невидимый естеством, становится видимым плотию человека ради, рождается в пещере, повивается пеленами, предвозвещая Свою смерть и погребение, гроб и погребальные пелены"[7]. Спаситель "пеленами повивается, разрешает же многоплетенныя пленицы прегрешений" (тропарь 6 песни 1 канона Праздника). По словам святого Димитрия Ростовского, греховные тяжести всего света "во едино время собраны, связаны, и повитому пеленами Агнцу наложены: вземляй грехи мира"[8].

У ясель с Младенцем Христом на иконе - вол и осел, о которых не упоминают Евангелисты. Это исполнение пророчества Исаии: Господь говорит: Я воспитал и возвысил сыновей, а они возмутились против Меня. Вол знает владетеля своего (слав. - стяжавшаго и), и осел ясли господина своего; а Израиль не знает Меня, народ Мой не разумеет" (Ис. 1, 2-3). Изображения животных выделяются силуэтом и цветом на фоне темной пещеры. "Преклонись пред яслями, - говорит св. Григорий Богослов, - чрез которые ты, соделавшийся безсловесным, воспитан Словом. Познай... как вол Стяжавшаго, и как осел ясли Господина своего"[9].

Центральное место на иконе Рождества Христова занимает Богородица, по Ее великому значению в таинстве Боговоплощения. Она - Новая Ева, Ею изглаживается первородный грех. Спаситель "волею плоть приим от Девы, яд очистити змиевы главы" (тропарь 4 песни 2 канона Праздника), Богородица "упразднила... первую клятву Евину" (стихира на хвалитех, гл. 4, Праздника). Сверхъестественно чудо рождения Слова. Богородица "уставы прешла... человеческаго существа, Отчее рождши Превечное Слово, яко благоволи Сам запечатанную утробу проити истощанием странным" (тропарь 4 песни 2 канона Праздника). Христос родился от Девы. Се, Дева во чреве приимет, и родит Сына... (Ис. 7, 14). На одной из икон около Богоматери - пророк Исаия со свитком пророчества.

На большинстве русских икон Рождества Богородица изображена лежащей на ложе-одре, обычно ярко-красном, на земле, не отделяясь от остальных людей и сохраняя таинственную связь со Христом. Часто Ее фигура повторяет очертание Младенца, ясли соприкасаются с Ее ложем (цветная вклейка). Положение сидящей или полусидящей Девы Марии указывает на безболезненность особого, "преестественного" рождения Бога. Поза лежащей Богородицы выражает утомление, напоминая о человечестве Младенца, "чтобы вочеловечение не было заподозрено в призрачности"[10]. Богородица обращена или к яслям, или к миру, как это часто бывает на русских иконах, внутренне созерцая великое таинство. Ее фигура - самая большая и величественная. Ей, "престолу Херувимскому", "граду одушевленному Царя и Бога", и Богомладенцу поклоняются ангельские чины.

Вверху иконы - ангельское воинство небесное, славящее Бога и взывающее: слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение! (Лк. 2, 13-14), изображенное в виде множества или нескольких Ангелов. Один из них, обращенный вниз, возвещает пастухам великую радость, которая будет всем людям (Лк. 2, 10). Пастухи открытым чистым сердцем внимают Ангелу, "чудятся" (изумляются) и славословят родившегося Бога.

"Тайно родился еси в вертепе, но Небо Тя всем проповеда" (тропарь, гл. 6, навечерия Праздника). Простые люди, пастыри, получают весть о Рождестве Бога от Ангелов. Звезда показывает в вертепе "вмещающася Невместимаго" волхвам - ученым мудрецам, занимавшимся изучением звезд, которым было известно пророчество Валаама о звезде от Иакова и могущественном Царе иудейском (Числ. 24, 17-18). По толкованиям святых Отцов вифлеемская звезда была не обычным светилом, а Божественной силой в образе звезды, которая вела волхвов из Персии к Иерусалиму. На иконе лучи от звезды - часто их три во образ Святой Троицы - исходят на Младенца из небесного сегмента, знаменующего Божество. "Звезда показует Христа солнца сущим во тьме" (стихира на стиховне, гл. 3, Праздника), невещественный свет Христов сияет в иконе Рождества, горы и холмы земли часто особо высветлены.

"Начаток языков Небо Тебе принесе, лежащему Младенцу в яслех, звездою волхвы призвавый" (Ипакои, гл. 8, Праздника). Волхвы - первые язычники, пришедшие ко Христу и поклонившиеся Ему, "верою просвещаеми" (стихира на стиховне, гл. 3, Праздника). Они принесли Господу дары как Царю, Богу и Человеку: "искушено злато, яко Царю веков; и ливан, яко Богу всех; яко тридневному же Мертвецу, смирну Безсмертному" (стихира на стиховне, гл. 3, Праздника). С первых веков христианства в Церкви праздновалось Поклонение волхвов, являвшееся по своему смыслу праздником Рождества Христова[11]. На иконах Рождества волхвы изображаются едущими на конях и показывающими на звезду, приносящими дары, направляющимися в обратный путь. Языческая мудрость просветилась верою и преклонилась перед высшим "светом разума" явившегося в мир Христа. Путь волхвов - это путь постижения истины Божией. Новый свет ведения воссиял миру с рождением Христовым. Этот основополагающий смысл Праздника выражен в его тропаре 4 гласа: "Рождество Твое, Христе Боже наш, возсия мирови свет разума, в нем бо звездам служащии звездою учахуся Тебе кланятися, Солнцу Правды, и Тебе ведети с высоты востока. Господи, слава Тебе".

Тайну Рождества Христова созерцает старец Иосиф, обручник Девы Марии, "Христову Божественному Рождеству (послуживый) во граде Вифлееме боголепно" (светилен Недели по Рождестве Христовом). Святая Церковь указывает на благоговейное служение старца, осознающего величие происходящего события, "подозрение уже рассеялось, и праведник уверился из чудес рождения, что все - от Духа Святаго..."[12] Фигура задумчиво сидящего Иосифа отделена от центральной части иконы, иногда нимб праведного касается ложа Богоматери. Перед Иосифом пастырь в овечьей шкуре, который на древних иконах часто изображался приемлющим ангельскую весть, отдельно от Иосифа. Все русские иконописные подлинники называют фигуру в овечьей шкуре перед Иосифом пастырем, на многих иконах над ней соответствующая надпись. У пастыря суковатая, иногда процветшая палка, что связано с читающимся на Рождество Христово пророчеством Исаии: изыдет Жезл от корене Иессеова, и Цвет от корене его взыдет (Ис. 11, 1). На древних греческих миниатюрах среди пастырей изображался пророк Исаия. Иногда перед Иосифом два пастыря в пастушеских одеждах[13]. Истолкование фигуры перед Иосифом как диавола-искусителя, основанное на позднейшем предании, бытовавшем в среде иконописцев и повторяемое в литературе, следует считать неверным[14]. В связи с распространением на Руси в XVI-XVII веках Протоевангелия Иакова существовала поздняя традиция видеть в предстоящей Иосифу фигуре книжника Анена (Анну), обвинившего Иосифа и Марию в грехе прежде Рождества Христова, о чем упоминает Протоевангелие[15]. Анен изображен или в овечьей шкуре, или в обычных одеждах.

Младенца-Христа омывают две женщины. О событии омовения литературные источники не упоминают. По свидетельству Евангелия Псевдо-Матфея к вертепу были приведены две повитухи[16]. Их шествие с купелью и кувшином по холмам - на Синайской иконе, также они, ведомые Ангелом, изображены на четырехчастной иконе. По свидетельству Протоевангелия Иакова одна повивальная баба (как часто называет ее надпись на иконе) была приведена старцем Иосифом. Другая, встретившаяся ей у пещеры, не названная повитухой, по имени Саломия, усомнилась в девственности рождения и хотела испытать это чудо, за что рука ее тут же отнялась. Саломия раскаялась пред Богом. Тогда предстал пред ней Ангел Господень и сказал: "Поднеси руку свою к Младенцу и подержи Его, и наступит для тебя спасение и радость". Исполнив это, она исцелилась[17]. Обнаженная рука у держащей Младенца женщины (Саломии) на иконе - напоминание об этом. На одной из икон Рождества встречаем редкое изображение явления Ангела Саломии. "Устыдитесь вы, желающие постигнуть сверхъестественное рождение... Ни Гавриил, ни Матфей не могли ничего более сказать, кроме того, что Рождшееся от Духа есть: но как и каким образом родилось от Духа, сего не объяснил ни тот, ни другой: потому что это было невозможно"[18]. "Не терпит тайна испытания. Верою единою Сию [Богородицу] вси славим" (стихира на хвалитех, гл. 4, Праздника).

Второй день Рождества Христова посвящен прославлению Матери Божией. "Приидите, воспоим Матерь Спасову, по Рождестве паки явльшуюся Деву" (стихира на хвалитех, гл. 4, Рождества Христова). Праздник называется Собором Пресвятой Богородицы (т. е. собранием в честь Богородицы). На иконе Собора (цветная вклейка) Богоматерь с Богомладенцем на коленях восседает в сфере небесной славы. Ей предстоят волхвы с дарами, пастыри, Земля с вертепом и Пустыня с яслями, олицетворяющиеся двумя женскими фигурами. Ее славословят собор Ангелов в полукруге небес и человеческий род; по сторонам внизу обычно святые Иоанн Дамаскин и Косма Маиумский - творцы Рождест­венских песнопений. Богоматерь - высшее благодарение, которое человечество приносит Богу. "Что Тебе принесем, Христе, яко явился еси на земли яко Человек нас ради? Каяждо бо от Тебе бывших тварей благодарение Тебе приносит: Ангели - пение; небеса - звезду; волсви - дары; пастырие - чудо; земля - вертеп; пустыня - ясли; мы же - Матерь Деву. Иже прежде век, Боже, помилуй нас" (стихира на Господи воззвах, гл. 2, навечерия Рождества Христова).

Сокровенно пришел в мир Спаситель, ибо тайну могли вместить немногие. Радость Христова Рождества открыта всем. Воссияло в ночи "Солнце Правды". Обновимся, родимся во Христе - придем с Ним к Воскресению, "отложив ветхого человека, облечемся в нового (Еф. 4, 22-23), и как умерли в Адаме, так будем жить во Христе (1 Кор. 15, 22), со Христом раждаемые, распинаемые, спогребаемые и совозстающие" (св. Григорий Богослов)[19].

Н.Н. Чугреева

 

Статья опубликована в журнале «Даниловский благовестник», вып. 7, 1995, с. 27-35.

 


[1] Творения иже во святых отца нашего Григория Богослова, архиепископа Константинопольского. Т. 1. Слово 38, на Богоявление или на Рождество Спасителя. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 1994. С. 522.

[2] Послания святого Игнатия Антиохийского //Писания мужей апостольских. Рига, 1994. С. 277.

[3] Цит. по: Скабалланович М. Толковый Типикон. Вып. 1. Киев, 1910. С. 303.

[4] Порфирьев И.Я. Апокрифические сказания о новозаветных лицах и событиях. СПб., 1890; Сперанский М. Славянские апокрифические евангелия. М., 1895; Лавров П.А. Апокрифические тексты. //Сборник отделения русского языка и словесности императорской Академии Наук. Т. 67, № 3. СПб., 1899; Апокрифы древних христиан. М., 1989.

[5] Об иконографии Рождества Христова см.: Покровский Н. Евангелие в памятниках иконографии преимущественно византийских и русских. Глава III. Рождество Христово. СПб., 1892. С. 48-98.

[6] Творения святого отца нашего Иоанна Златоуста, архиепископа Константинопольского. Беседа в день Рождества Спасителя нашего. СПб., 1899. Т. 2. С. 395.

[7] Успенский Л.А. Икона Рождества Христова //Вестник Русского Западно-европейского Патриаршего Экзархата. Париж, 1950. № 5. С. 15.

[8] Святой Димитрий, митрополит Ростовский. Слово на Рождество Христово //Сочинения. Ч. 3. М., 1838. С. 469.

[9] Святой Григорий Богослов. Указ. соч. С. 531.

[10] Успенский Л.А. Указ. соч. С. 16.

[11] Скабалланович М. Указ. соч. С. 297.

[12] Благовестник или толкование блаженного Феофилакта, архиепископа Болгарского, на Святое Евангелие. Ч. 1. Евангелие от Матфея. М., 1993. С. 51.

[13] Древнерусское и народное искусство. Сообщения Загорского музея-заповедника. М., 1990. Илл. 22. Икона-таблетка XV века из Троице-Сергиевой Лавры.

[14] Трубецкой Е. Два мира в древне-русской иконописи // Три очерка о русской иконе. М., 1991. С. 60-62.

[15] Апокрифы древних христиан. С. 123.

[16] Покровский Н. Указ. соч. С. 79.

[17] Апокрифы древних христиан. С. 124-125.

[18] Благовестник... С. 37-38.

[19] Святой Григорий Богослов. Указ. Соч. С. 523.

Интернет-журнал "Прихожанин"

Рассылка новостей

Каталог Православное Христианство.Ру  
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Вход or Создать аккаунт