Труды архиепископа Никифора Феотокиса, связанные со старообрядчеством

 

Краткое повествование о обращении раскольников селения Знаменки

Каким образом они были приняты в Православную Цер­ковь; изложение оснований, по которым им позволено было читать старинные книги, изданные в России и петь по своему обычаю, поставить священника из их среды, если бы явился достой­ный; между прочим и рассуждение о обрядах

 

Перевод с лат. Грекова В. А. Печатается по изд.: Кем и как было положено начало единоверию в Русской Церкви // Братское слово, 1892, № 2, с. 128-138. 

 

Селение раскольников (по имени Знаменка), недавно возвратившихся в Poccию из Молдавии, просило у мо­его предшественника[22] позволения построить церковь, иметь священника из своей среды и употреблять ста­ринные книги. Тот потребовал, чтобы они прежде отреклись от раскола и исповедали православную веру. Но они считали это делом нелегким и, по слабости ума, представляли препятствием (к присоединению). Исповедание же православной веры излагали в выражениях неясных и недостаточных. Так время продлилось до его отставки[23]. Наконец, при своем прошении, они вручили мне требуемое исповедание вместе с рекомендательным письмом губернатора. В этом исповедании они от всего сердца и всей души отрицаются всех раскольнических толков и признают Церковь Греческую истинною, вселенскою, кафолическою и апо­стольскою, все ее догматы, Таинства и обряды - соглас­ными со Словом Божиим, преданиями св. апостолов и семи Вселенских соборов, а находящихся вне Греко-русской Церкви - заблуждающимися. При этом они исповедуют с клятвою пред всемогущим Богом, что они по правде и без всякого притворства желают присоединиться к Православной Церкви. А в своем прошении просили о дозволении читать старинные книги, петь своим напевом и в священники поставить кого-нибудь из них. Я опускаю их мольбы, устно сделанные исповедания и прочие их слова, которыми они показывали, что обращаются и желают присоединиться к Церкви Пра­вославной непорочным сердцем и чистою душою, и что просили о вышеупомянутом ради слабейших и недо­статочно рассудительных.

Итак, я принял их, позволив употреблять старин­ные изданные в России книги, петь по своему обычаю и, если явится достойный, возвести во священники кого-нибудь из них. Немедленно же послал я к ним священника из наших, Димитрия Смолодовича, мужа почтенного и ученого. После того как они публично, согласно чинопоследованию, установленному в России на случай их обращения, отреклись раскола и испове­дали православную веру, он их принял.

По прошествии некоторого времени упомянутый священник Димитрий, с моего дозволения, благословил основание церкви, которую они построили во имя Богородицы; а освятил ее я сам со своим клиром, причем мои певчие пели на правом клиросе, а они на левом. Потом я сказывал проповедь, которая при сем прилагается. Во священники же я определил Стефана Попова, родившегося от православных, воспитанного и живущего в православной вере и уже давно удостоенного священства, чтобы в упомянутой церкви отправлял для них священные службы, поручил ему заботу пасти их и дал ему, какие надлежит, советы.

Итак, они, успокоившись, не только не помышляют более о возвращении в Молдавию, как было прежде, но стараются и других привлечь сюда из чужих стран. Между тем, как я слышу, они день ото дня укрепляются в православной вере, знамение святого креста изображают, как и мы, тремя перстами, а некоторые начинают требовать даже и новых книг; должно надеяться, что, наконец, они их и примут.

Позволено же им было употреблять старинные книги:

1) Потому что не было издано никакого повеления ни о том, чтобы их не читать, ни о том, чтобы не поз­волять их чтения. Если же, по словам некоторых, происходит от них соблазн для других и есть весьма сильные доводы, не допускающие их чтения, то, в таком случае, необходимо было бы устранить такое препятствие или публичным указом или, по крайней мере, секретным приказанием.

2) Потому что они не содержат в себе ни богохуль­ства, ни ереси, ни извращения догматов, ни искажения учения о Таинствах, ни изменения какого-нибудь закона.

3) Потому что в книге, изданной в 1773 году по импе­раторскому указу и по благословению Святейшего Синода, Православная Церковь хотя защищает, как и должно, новые книги, однако старинные вовсе не порицает и не приказывает, даже не советует воздерживаться от их употребления.

4) Потому что некоторые из древних книг и доселе существуют в иных церквах и читаются без всякого затруднения. Книга под названием Кормчая[24] также принадлежит к числу древних, однако она на­ходится в таком общем употреблении, что никого нет в России, кто бы из нее не заимствовал священных правил; хотя она не лишена недостатков - ибо сокращение священных правил, сделанное Аристином[25], выдает за текст самых правил, и о небритии бороды говорит нечто такое, что не только не представляет никакой важности, но даже отзывается суеверием антропоморфитов.

5) Потому что от самого начала, то есть с того вре­мени как Россия была, благодатью Божиею, просвещена светом Божественного познания, и до самого последнего времени все Церкви в России и все в ней верующие употребляли именно эти книги. Запрещать же употребление их все равно, что их порицать. Порицание же есть укор для всей благочестивой древней Русской Церкви. А чрез этот укор прежде жившие россияне подпадают подозрению, что они страдали или ересью, или беспорядочностью нравов, между тем как среди них были не только цари, бояре и бесчисленное множество христиан, благочестиво поклонявшихся Богу, но и люди святые, которые теперь уважаются, и почи­таются, и поставляются для христиан образцами право­славной веры и истинной добродетели.

6) Потому что я следовал весьма древнему и кафолическому примеру. Всякому, кто только перелистывал священные истории, известно, что когда перевод LXX[26] вследствие переписки невежд был искажен, Ориген исправил его после продолжительных трудов и неутомимого прилежания своими тетраплами, экзаплами и октаплами[27]. Но, хотя многие приобрели его издание, как драгоценное сокровище, тем не менее чтение старого издания не только не возбранялось, но даже почиталось и предписывалось. «Я удивляюсь, - писал Иероним [блаженному] Ав­густину, - что ты читаешь книги LXX не в чистом их виде, как они были изданы ими, а исправленные Оригеном, или лучше испорченные его обелами и астерисками»[28]. И, спустя немного: «Хочешь ли быть истинным любителем LXX толковников? Не читай то, что под астерисками, даже выскобли их из книг, чтобы явить себя любителем древности. Если ты это сделаешь, то ты будешь принужден осудить все церковные библиотеки, потому что едва ли найдется одна, две книги, в которых бы этого не было»[29]. Но в другом месте тот же Иероним Оригеновское издание хвалит и, предпочитая его обыкновенному изданию, говорит: «κοινή, то есть общеупотребительное издание есть то же самое, что и LXX; различие между тем и другим только в том, что общеупотребительное издание испор­чено вследствие различия времен и мест и произвола писцов, а то, которое находится в экзаплах и с которого мы переводим, есть не испорченный и безупреч­ный перевод LXX толковников, как он сохраняется в книгах людей образованных». В свою очередь, и столь знаменитое издание Оригена пришло в беспорядок, так как писцы по небрежности и невежеству оставляли астериски и обелы без внимания. Его исправил при содействии Евсевия Кесарийского[30] св. мученик Памфил[31], и таким образом составил новое издание. После этого последнего было сделано другое издание - тем же Евсевием, по приказанию императора, для употребления в церквах Константинопольских. Между тем, и св. мученик Лукиан, пресвитер великой Антиохии[32], в начале IV века сделал похвальное издание для антиохийцев, чувствовавших недостаток в исправных книгах; он изучил для этого Акилу и других переводчиков, и даже еврейский текст. Подобным образом и Исихий, епископ Египта[33], учинил другое издание для египетских христиан. Таково было различие изданий св. Писания. «Александрия и Египет, - говорит Иероним в предисловии к книге Паралипоменон, - наряду с своими LXX хвалят и издателя Исихия. От Кон­стантинополя до Антиохии одобряются экземпляры Лукиана мученика. А средние между этими провинции читают палестинские кодексы, которые были составлены Оригеном и выпущены Евсевием и Памфилом». Одна Цер­ковь читала одно, другая - другое, и однако никто тогда не соблазнялся, единство Церквей не нарушалось, и употребление старых изданий, хотя они были не ис­правлены, не запрещалось.

7) Потому что я знаю, что во святой Церкви были даже и снисхождения по домостроительству. Их учитель тот, кто в Кенхреях остриг голову, очистился в храме, приносил жертву и обрезал язычника Тимофея после того, как было уже издано соборное апостольское постановление, чтобы не обрезывать язычников, - обрезал ради иудеев, которые были в тех местах (см. Деян. 18, 18; 21, 26; 16, 3); их учитель тот, кто для иудеев был как иудей, для подзаконных как подзаконный, для не имеющих за­кона как не имеющий закона, для слабых - слабым, и для всех - все, чтобы спасти каким бы то ни было образом некоторых (см. 1 Кор. 20, 22). Но тот, кто сделал это, - скажут, - был Павел; а ты кто такой, что дерзаешь де­лать это? Положим, я ничто, - червь, а не человек (Пс. 21, 7). Но он сам убеждает меня делать это, когда восклицает и говорит: Молю вас, подражатели мне бывайте!  (1 Кор. 4, 16).

8) Потому что я верил в Бога и надеялся, что благодать Его, которая теперь подается им (старообрядцам) чрез святые Таинства, которых они дотоле были лишены, просветит их употреблять и новые книги, при содействии и православного священника, к ним определенного. А так как, по учению апостольскому, на­дежда на Бога не посрамляет, то вот, как я прежде заметил, у некоторых из них уже появляется желание новых книг.

9) Наконец, потому что «не разборчивость (слова вышеупомянутой книги) между старыми и новыми книгами, но свидетельство непорочной веры (совести) спасает нас»[34]. А отсюда ясно, что не потерпим ника­кого ущерба для вечного спасения, будем ли читать те или другие книги, и что это вещь вполне безразличная.

10) Потому что вовсе не установлено, каким петь напевом: лидийским или дорийским, римским или персидским. 75-е правило Трулльского вселенского собора повелевает только, чтобы поющие не допускали бесчинных воплей и не силились естественный голос пре­вращать в крик. Но обычное пение раскольников, на мой слух, далеко не походит на упомянутый крик. Кроме того, известно, что почти каждый православный народ имеет свой образ пения, и даже тот, который можно слышать в великорусских церквах, не мало отличается от употребляемого в малорусских. Следует обратить внимание и на слова святого Василия неокесарийцам, которые ссорились с кесарийцами из-за различия в образе пения. «Что же, если спросить их, - говорит он, - о причине непримиримой этой и неизъяснимой брани? Они называют псалмы и образ пения, который отличен от обычая, утвердившегося у вас, и другое тому подобное, чего им надлежало бы стыдиться»[35].

Это о позволении употребительного у них напева. Об обещании же поставить священника из их среды ни­чего не буду говорить. Присоединенное условие: если будет достоин - достаточно говорит за это.  

Но так как некоторые требуют от обращенных тщательного соблюдения обрядов, то неизлишне присо­единить и нижеследующее, хотя вышеупомянутым обращенным не были дозволены никакие иные обряды, кроме обычных, да они и сами этого не просили:

1) Блаженный Василий словами «и другое тому подоб­ное», обозначает всякие незначительные обряды, как это видно из предшествующих слов его в послании к неокесарийцам. Итак, что думал Василий о неокесарийцах, которые воздвигали непримиримую брань из-за различия обрядов, это он сам выразил словами: «и другое тому подобное, чего им надлежало бы сты­диться».

2) Нигде: ни в актах вселенских и поместных соборов, ни в творениях святых отцов не встречается, чтобы кто-либо рассуждал об обрядах и требовал непременного исполнения их от тех, которые обраща­ются к кафолической Церкви из ереси или раскола. Все старание и рвение прилагалось только об истине веры, целости догматов и святости жизни. Лишь только обращавшиеся принимали это, Церковь встречала их с распростертыми объятиями, без всякого рассуждения об обрядах.

3) О том, каким образом древняя Церковь прини­мала раскольников, сообщает нам Евсевий Кесарийский: «Впрочем те, которые в догматах своих не являют никакого нечестия, а отделились от общего союза по вине каких-нибудь раскольников, были допу­щены в Церковь без промедления». А если допускались без промедления, то ясно, что никакого вопроса отно­сительно обрядов не предлагалось.

4) Обрядовые постановления почерпываются у нас из двух источников, именно: из книги под названием Типик и из Евхология. Типика, который составил святой Савва[37] по преданиям святых Харитона и Феоктиста[38] и испра­вляли сначала Софроний Иерусалимский[39], а после него св. Иоанн Дамаскин[40], в котором и после того были сде­ланы различные прибавления (упоминаются Минеи, которые во времена св. Саввы, умершего в 532 году, еще не существовали; различаются обряды Лавры святого Саввы от обрядов Великой церкви[41] и горы Афона; а в некоторых местах говорится о выборе обрядов в таких словах: да будет, якоже изволит настоятель), - Типика целых пять веков после Христа Спасителя нашего не было в церкви. А после пятого столетия он не был общеупотребительным, и не все церкви пользовались им как неизменным правилом, ибо существовали другие, отличные от него Типики.

Так Иоанн, митрополит Евхаитский[42], тоже составил Типик, что видно из следующих его стихов, находящихся в Типике Лавры:

 

Боюсь, как бы изрекая cиe для других,

А сам ничего из этого не исполнив,

Не найти мне обвинителей в своих собственных законах[43].

 

Равным образом и другой аноним вот что написал в своем Типике: «Все это, отцы и братие, не просто и не случайно составлено нами, как кто-нибудь подумает, но по исследовании различных Типиков» и проч. А ктиторских типиков, или тех, которые были составлены основателями монастырей, было много. Из них три, по свидетельству Фабриция, сохраняются в Барбериновой библиотеке[44]. А четвертый, составленный царицею Ириною[45] для инокинь ею созданного монастыря Κεχαριτωμένης, был издан в Париже, и экземпляр его есть даже у меня.

Древние же рукописные Евхологии[46], которые еще существуют, представляют некоторые различия не только в количестве молитв, но даже и в обрядах, как можно видеть в Евхологии, изданном Иаковом Гоаром[47]. Об этом ученейший Фабриций заметил следующее: «Неудивительно, что у греков, при различии Церквей, утвердились и различные обряды, но вера всегда непрерывно была у них одна и та же, так как их епископы продолжали мудрствовать пра­вильно».

5) Западная Церковь, даже прежде отделения своего от Восточной, имела свои собственные обряды. Но прежде разделения каждая из Церквей сохраняла свои обряды, и одна не только не порицала обрядов другой, но даже почитала их; обе Церкви сохраняли духовное единство, хотя имели различные обряды. А после разделения, всякий раз как задумывали и старались о соединении (а это было много раз), никогда не говорили об обрядах ни православные восточные, ни инославные западные, а все рассуждения шли относительно исхождения Святого Духа, об опресноках, главенстве папы, чистилище и подобных предметах. И если бы западных убедили пра­вильно мыслить об этих предметах, то их, без сомнения, присоединили бы к Церкви, и они опять соста­вили бы единое тело, хотя и отличаясь по обрядам. Ибо не одинаковость обрядов, но единство веры производит духовное единение Церквей и верующих.

6) Некогда Александрийская, Римская и остальные Западные церкви праздновали праздник Пасхи в вос­кресный день, а Азийская в 14-й день первого месяца, в какой бы день недели он ни случился. Медиоланская церковь, находясь в лоне Римской, тогда еще Право­славной Церкви, имела свой образ пения, свой Типик и литургию, следы которых остаются даже до сего дня. Африканские Церкви, с которыми были согласны Тарсийская, Кесарийская, Киликийская, Каппадокийская и Галатийская, перекрещивали тех, которые от ересей обра­щались к Православной Церкви; а Римская и прочие Западные Церкви признавали крещение еретиков правильным. Сии различия, до тех пор пока они не ка­сались догматов веры, не могли нарушать духовного единства этих Церквей.

7) За два перед сим века, когда лютеране стреми­лись соединиться с кафолическою Церковью, святейший патриарх Иеремия много писал им об исхождении Свя­того Духа, о Таинствах, о почитании святых икон, о ходатайстве святых и другом; а о том, чтобы они переменили свои обряды и приняли наши, - ничего.

8) В настоящее время церкви Малой и Великой России составляют единое духовное тело, хотя различаются между собою в обрядах крещения, если только трикратное погружение в воде и обливание, или омовение водою должно считать простыми обрядами.

Если так, то как мы можем думать, что неправо ходят те, которые во всех догматах веры всесовершенно и вполне с нами согласны, а расходятся только в пении или в иных немногих, незначительных и простых, обрядах? И не должны ли мы согласиться и следовать таким общим кафолическим и святым примерам, согласным и с разумом, какие здесь предста­влены? «Впрочем, - писал неокесарийцам Великий Василий, - мы все прощаем, хотя ничего нет, чего бы не испытал Господь. Будьте только здравомысленны в главном и удерживайтесь от новшеств в деле веры; ипостаси не отвергайте, имени Христова не отрицайтесь, слов Григория ложно не толкуйте. Иначе до тех пор пока мы дышим...» и проч.[48]

Если желают единения с Церковью, - говорят не­которые, - пусть соединятся так, чтобы не было ника­кого различия между нами и ими. Эту мысль, которая есть τῆς ἀκριβείας[49],  почитаю и уважаю; я и принял их в надежде, что наконец между ними и нами не будет никакого различия - ни в чтении новых книг, ни в совершении какого-нибудь, хотя бы самого ничтожного обряда. Но и другую мысль - мысль τῆς οἰκονομίας[50] - я хвалю и приветствую. Но если высшие власти уведомят меня, что она им не угодна, я вполне  готов оставить ее, готов более не применять ее и разо­рить то, что уже создано.


 

[22] Архиепископа Евгения Вульгариса.

[23] То есть до 1779 г.

[24] Кормчая книга - сборник церковных правил и государственных узаконений по церковным вопросам.

[25] Аристин (XII в.) - византийский канонист, толкователь церковных правил.

[26] Перевод семидесяти толковников - древнейший (сделанный не менее чем за 200 лет до Р.Х.) перевод священных книг Ветхого Завета на греческий язык, которому Церковь усваивает догматическое достоинство.

[27] Ориген (185-255) - христианский богослов, ученик Климента Александрийского, руководитель Александрийской школы. «Экзаплы» - составленный им свод текстов Ветхого Завета: еврейского (в еврейской и греческой транскрипции) и четырех различных греческих переводов, в том числе семидесяти толковников, расположенных в шести столбцах (отсюда название: «экзаплы»), с пометками о различиях в текстах с помощью особых принятых у александрийских грамматиков знаков - астерисков и обелов; для некоторых книг в седьмом, а для псалмов и в восьмом столбцах, были помещены дополнительные переводы - отсюда название: «октаплы»; отдельно изданные греческие переводы, числом 4, названы «тетраплами».

[28] Примечаниями и выносками.

[29] Творения блаженного Иеронима. Т. 2. С. 512. [Прим. издателя.]

Иероним Стридонский († 420, память 15 июня) - один из великих учителей Западной Церкви, переводчик Библии на латинский язык (Вульгаты), составитель «Хроники», автор книги «О знаменитых мужах» и др.

Августин Блаженный, епископ Иппонийский († 430, память 15 июня) -  выдающийся богослов и церковный деятель.

[30] Евсевий Памфил († ок. 340) - епископ Кесарии, автор Церковной истории в 10 книгах.

[31] Священномученик Памфил - пресвитер Кесарийский, пострадал в гонение Диоклитиана, в 308-309 гг.

[32] Преподобномученик Лукиан - пресвитер Антиохийский, пострадал в гонение Диоклитиана.

[33] Епископ Исихий - исправитель текста Священного Писания, упоминаемый блаженным Иеронимом; м.б. он же - епископ и мученик при Диоклитиане.

[34] Слова из «Увещания» митрополита Платона, изд. 1773 г., л. 43 об. [Прим. издателя.]

[35] Письмо к неокесарийскому клиру. Ср. с изд. Творений свт. Василия Великого в русском переводе. Т. 6. М., 1873. С. 76.

[36] Типик (Типикон) - богослужебный устав.

[37] Прп. Савва Освященный, основатель монастыря в Палестине близ Иордана.

[38] Прп.  Харитон Исповедник († ок. 350) - основатель Фаранской Лавры в Палестине,  для которой составил строгий устав; по преданию, преподобный Харитон составил чин иноческого пострижения. Прп. Феоктист († 467) спостник прп. Евфимия Великого, настоятель монастыря в Палестине близ Фаранской Лавры, в которой начинал свой иноческий подвиг преподобный Савва Освященный.

[39] Софроний, Патриарх Иерусалимский († 638-644) - составитель жития преподобной Марии Египетской, многих богослужебных песнопений и молитв.

[40] † ок. 780.

[41] Храм св. Софии в Константинополе, кафедральный храм Константинопольских патриархов до 1453 г. Службы здесь совершались по особому уставу.

[42] Иоанн, митрополит Евхаитский или Мавропод (XI в.) - ученый и песнописец, составитель канонов; трудился над исправлением Миней.

[43] В подлиннике приведен греческий текст стихов.

[44] В Венеции.

[45] Святая царица Ирина († 803; память 7 августа) - супруга византийского императора Льва IV, в истории Церкви прославилась как защитница иконопочитания; в ее царствование (она занимала Византийский престол за малолетством ее сына Константина), в 787 г., в Никее состоялся VII Вселенский собор.

[46] Евхологий - одна из древнейших богослужебных книг Восточной Церкви, включающая чинопоследования и молитвы совремненных Служебника, Часослова и Требника.

[47] В 1547 г. Этот Евхологий хранится в Венеции в Бербериновской библиотеке.

[48] Письмо к неокесарийскому клиру. Ср. с изд.; Творения святителя Василия Великого в русском переводе. Т. 6. М., 1873. С. 79.

[49] Строгости.

[50] Снисхождения.  

Интернет-журнал "Прихожанин"

  • Пост – это прежде всего отчуждение от зла
    На вопросы читателей «Прихожанина» отвечает эконом Данилова монастыря, игумен Иннокентий Ольховой. Почему люди высказываются против богослужения, которое ведется на русском языке? Как правильно питаться в пост: можно ли есть постные сосиски и колбасу? Можно ли считать милостыней деньги, подаваемые пьяницам у храма?
  • «Воскрешение дочери Иаира»: «дуэль» двух великих русских художников

    Сегодня, когда весь мир охвачен страхом от захватившего планету неведомо откуда взявшегося коронавируса, когда каждый день средства массовой информации сообщают о новых тысячах зараженных и сотнях умерших по всему свету, люди всё чаще говорят между собой о Боге, жизни и смерти. Ведь только Господу ведомо, что ждет каждого из нас за пределами земной реальности.

  • «Делу Божию ничего не должно предпочитать»

    Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл обратился с посланием к Преосвященным архипастырям, священнослужителям, монашествующим и мирянам епархий на территории Российской Федерации.

  • Благовещение Пресвятой Богородицы

    Святая Церковь призывает нас сегодня к великой радости. Воспойте Господеви, благословите имя Его: благовестите день от дне спасение Его.

Еще по теме

Рассылка новостей

  Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Вход or Создать аккаунт