Утешение в скорби по почившем брате

Письмо архиепископа Никифора Феотокиса к Елевферию Ларисскому от 14 сентября 1793 года.

Предисловие 

Это письмо было найдено в Одессе, в греческом училище, архимандритом Евстафием Вулисмасом, впоследствии Керкирским архиепископом, и в 1875 г. впервые опубликовано в «Херсонских епархиальных ведомостях» (№ 11) на греческом языке и в русском переводе. Редакция предваряет публикацию следующим примечанием:

«Письмо это, замечательное как по силе и глубине мысли и чувства, так и по строгости и законченности строя, препровождено в редакцию при следующем письме о. Архимандрита Вулизмы:

"Два утешительные послания великого поборника православия, Патриарха Фотия, напечатанные в Херсонских епархиальных ведомостях, подали мне мысль сообщить редакции нигде еще не изданное другое утешительное послание другого поборника православия приснопамятного Никифора Феотоки".

Редакция с благодарностью помещает как подлинный греческий текст, так и перевод его, сделанный Н.И.Бр., желая дать материал для характеристики одного из замечательных иерархов, потрудившихся для Херсонской паствы».

Затем это письмо вошло в брошюру, изданную в Афинах в 1890 году греческим ученым Иоанном Саккелионом, включающую несколько трактатов Никифора Феотокиса и три его письма к Елевферию Михайловичу Ларисскому. Последним из писем и является утешительное послание, о котором идет речь. Оно было предоставлено издателю архиепископом Ефстафием Вулисмасом. 

А.А. Дмитриевский (1856-1929) посвятил выходу брошюры И.Саккелиона специальную статью («По поводу издания в свет нескольких трактатов и писем архиепископа Никифора Феотоки». Астраханские епархиальные ведомости, 1895, № 8, с. 235-244), в которой описывает изданные в ней произведения Никифора и приводит в переводе на русский язык последнее его письмо к Елевферию Ларисскому («чтобы иметь ясное представление о характере этой дружеской переписки высокопреосвященного Никифора»). 

Об адресате этого письма, Елевферии Ларисском, мы знаем лишь, что он имел с Феотокисом дружескую переписку, начавшуюся не позднее 1774 года (которым датируются первые два письма Никифора, изданные И.Саккелионом; первое - из Вены, от 16 апреля, второе - из Братиславы, от 8 сентября). Оба они посвящены разъяснению слов Священного Писания. Третье письмо, в котором Никифор утешает своего друга в его скорби по скончавшемся брате Николае, относится уже к московскому периоду жизни архипастыря, ко времени его пребывания на покое и управления Даниловым монастырем.

Письмо было перепечатано в журнале «Даниловский благовестник» (№1, 1991 г., с. 66) - по изданию в Херсонских епархиальных ведомостях, и в книге «Благословенным христианам Греции и России» - в переводе А.А. Дмитриевского, по публикации в Астраханских епархиальных ведомостях. Ниже приводится текст, помещенный в книге.

Утешение в скорби по почившем брате

Наилюбезнейший мой, господин Елевферий, желаю тебе утешения, сходящего с небеси!

Горе мне! Ты оплакиваешь брата, второго отца и покровителя, а я благочестивого, уважа­емого и полезного людям друга. Но что мы плачем? Если мы оплакиваем его, то мы несправедливы; если же себя, то мы самолюбцы. Ибо он, поживши благочестно и боголюбезно и хорошо напутствованный небесны­ми средствами: покаянием, исповедью и общением Спасителя чрез Божественную Евхаристию, освободившись из этой юдоли плача и бесчисленных, разнообразных и ужасней­ших скорбей в ней, радуется ныне радостию неизглаголанною, в возлюбленных селениях Господа (Пс. 83, 1) обитая и соликовствуя праведникам и славословя Трисвятою песнию непрестанно Трисвятого Избавителя своего. Плакать же о таком его благополучии и блаженстве - очевидная и несомненная несправедли­вость. А мы, скорбящие по причине лишения от него помощи, заступления и прочих услуг и утеше­ния, оказываемся чрезмерно самолюбивыми, любя нас самих выше его. Образец скорби об умерших дал нам всеславный Павел, говоря: Не скорбите, якоже прочии не имущии упования (1 Фес. 4, 13), - почему печаль допустил, но чрезмерную скорбь о нем воспретил. Уповани­ем же здесь называется упование вечной жизни, лишение которой у неверующих вызывает безутешную и безмерную скорбь; мы же, бедные, богатящиеся ею, плачем благоутешно и в меру, ибо убеждены, что веруяй в Мя (то есть в Господа Иисуса), аще и умрет, оживет (Ин. 11, 25) и что умирающий не умер, но прешел (точно: прейдет) от смер­ти в живот (5, 24). Итак, возлюбленный мой Елевферий, ты и я, как люди, поскорбели, теперь же, как верующие и послушные апостольской заповеди, отрем капли слез и наш ум и нашу заботу обратим на иное. Ты посвяти свою заботу и попечительность о доме возлюбленнейшего своего брата, будучи отцом его домашних, как он некогда был тебе, а я учрежу возлюбленному и милейшему блаженному другу моему Николаю помин и [принесу] недостойные мои молитвы, прося, чтобы Всещедрый учинил душу его в селениях праведных, в светлостях святых и в ликостояниях Ангелов. Аминь.

Я кончаю, потому что снова навернулась у меня слеза. В другое же время я напишу тебе эпитафию, о которой ты просишь меня, как только у тебя и у меня утишится боль печали, овладевшая нами.

Будь здо­ров в том и другом человеке [то есть душою и телом], утешаемый и укрепляемый Господом Богом.

Из Москвы, 1793 года, сентября 14 дня.

Милейшей мне честности твоей во Христе молитвенник Никифор, бывший [архиепископ] Астра­ханский.

Интернет-журнал "Прихожанин"

Еще по теме

Рассылка новостей

Каталог Православное Христианство.Ру  
Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Вход or Создать аккаунт